Страница 1 из 1

Юозас Ермалавичюс: Чего не понимали разрушители СССР?

Непрочитанное сообщениеДобавлено: 11 мар 2011, 09:56:29
Леля
фрагмент:
Я не скрывал своей негативной оценки разрушительной политики Горбачева, истолковывая её как содействие контрреволюции. В заключение сказал: судя по тупости и наглости носителей контрреволюции, они перейдут грань разумного в мировом общественном развитии и обрекут себя на гибель - их погубят собственные противоречия. Московские чекисты одобрительно отнеслись к моим соображениям, пожелали мне оставаться самим собой.

В январе 1990 года в Литву пожаловал и сам Горбачев. Его визит в республику официально был вызван расколом Компартии Литвы на прямо противоположные группы: коммунистическую и антикоммунистическую. Поскольку Горбачев поддерживал антикоммунистическую кучку Бразаускаса, лидерам нашей коммунистической части пришлось противопоставить Горбачева Бразаускасу по принципу "врагом бей врага". В то же время из ряда различных встреч с Горбачевым я убедился, что он знает политический механизм разрушения Советского Союза изнутри. Убедился и в том, что он сам действует в рамках этого преступного механизма, по "логике" антисоветизма. Все это у Горбачева прорывалось неофициально, по его иррациональному мышлению.

Внимание Горбачева к Литве и дальше оставалось пристальным. Это было обусловлено тем, что, по планам американских центров антисоветизма, развал Советского союзного государства должен был начинаться с выхода Литвы из состава СССР. Этой преступной авантюры не пришлось долго ждать: 11 марта 1990 года Верховный Совет Литовской ССР принял акт о восстановлении независимости Литвы. Вслед за этим документом, как из рога изобилия, посыпались многие решения парламента республики о разрыве всяких связей с центральными органами власти СССР. Все эти многочисленные бумажки "кричали" о якобы выходе Литвы из состава СССР. Но фактически разрыва связей Литвы с Советской федерацией не получилось - Компартия Литвы оставалась в составе КПСС и поддерживала необходимые связи с государственными органами Союза ССР. Осуществление империалистических планов по молниеносному разрушению Советского Союза было заторможено. Американский вариант "блицкрига" не прошел, как и гитлеровский в 1941 году. Это был первый наш успех и первая неудача фашиствующего империализма, развернувшего необъявленную политическую войну против СССР.

Мы не могли перейти в контрнаступление. Главным барьером на нашем боевом пути оказалась горбачевская шайка антисоветчиков, захватившая политическую власть в Советской стране. Своим лепетом о "перестройке" эта кучка классовых врагов советского народа политически обманула значительную часть населения, и народные массы не выступили на защиту своего Советского государства и социалистического строя. Более того, Горбачев прибег к политическим провокациям по дискредитации Коммунистической партии и Советской Армии. Во исполнение его указов Генеральный штаб Вооруженных Сил СССР отдавал приказы подразделениям воздушно-десантных войск на "усмирение" митингующих толп населения то в Тбилиси, то в Баку. А 13 января 1991 года в Вильнюсе по указу Горбачева имитировалась "война СССР против Литвы", как об этом лгали даже в Верховном Совете республики. Но американский сценарий "войны в городе", по которому должна была пострадать от пожара столица Литвы, был предотвращен специалистами КГБ СССР по обезвреживанию шпионской агентуры противника, хотя бензин был разлит и в многоэтажном Доме печати и в Парламентском дворце. Наш сотрудник ЦК Компартии Литвы полковник Эдмундас Касперавичюс, обладавший опытом военной контрразведки, столкнулся на улицах Вильнюса с известными ему агентами ЦРУ США Коялисом, Крафтом, Эйвой, с которыми раньше ему приходилось сталкиваться то в некоторых странах Африки, то в Афганистане. К сожалению, антисоветским провокаторам удалось вызвать человеческие жертвы у телевизионной башни, где, как установила следственная экспертиза, местные бандиты застрелили с крыш ближайших домов 14 человек, изобразив их жертвами столкновения с советскими войсками. Но этих жертв оказалось недостаточно для картинки "войны СССР против Литвы".

Кровавая провокация в Вильнюсе послужила для Горбачева и Ельцина репетицией перед контрреволюционным государственным переворотом в Москве в августе 1991 года. Горбачевская провокация ГКЧП парализовала работу институтов верховной власти СССР. Ельцин развернул кампанию антикоммунистических преследований и репрессий. Сепаратистские правители Прибалтики полностью порвали связи с Москвой. В этих условиях Горбачев совершил последний шаг к разрушению Советской федерации. Из информационных передач Центрального телевидения мы в белорусском поселке узнали об образовании им Государственного Совета СССР, не предусмотренного никакими советскими законами. А 6 сентября по телевидению была передана информация, что Государственный Совет СССР принял решения о выходе Литвы, Латвии, Эстонии из состава Советского Союза. Это повлекло за собой кампанию провозглашения многими советскими республиками своих независимостей, незалежностей, суверенитетов. В мире фактически не стало уникального федеративного государства, каким был СССР.

Разрушение Советского Союза требовало глубокого осмысления. Разрушители понимали преступный характер своих действий и боялись ответственности. В моей памяти сохранилась беседа с американскими учеными, которые приезжали в Вильнюс для обсуждения мировых проблем. Я уговаривал их противодействовать разрушению СССР, так как это неизбежно вызовет новый передел планеты, подорвет равновесие в мировом общественном развитии, повлечет непредсказуемые процессы глобального масштаба. Некоторые коллеги из США соглашались с моими прогнозами, но замечали, что это от них не зависит. Я отчетливо понимал, что за спиной разрушителей СССР, как внешних, так и внутренних, стоит могущественный финансовый капитал. Поэтому не говорил, что разрушители СССР, действуя против объективных законов общественного развития, загоняют себя в особое положение мирового исторического процесса, которым они не смогут овладеть и неминуемо погибнут. Как известно, в годы Великой Отечественной войны, И. В. Сталин не приглашал Гитлера в Сталинград, чтобы рассказать, как на берегу Волги будет сломан хребет фашизма. О важнейших факторах нашей будущей победы и мне следовало молчать.

Всемирная общественная ситуация в последние десятилетия XX века оказалось значительно сложнее, чем в годы второй мировой войны. И. В. Сталин владел ситуацией в мире своего времени, так как обладал стратегическим мышлением. Гитлер же руководствовался лишь своекорыстными расчетами. Словом, кто умнее - тот сильнее. И нынче в "войне умов" мы - советские коммунисты - не проиграли ни одного сражения, так как руководствовались материалистической диалектикой, умели использовать всеобщие объективные законы диалектики в жизненных интересах советского народа. А шпионские способности президента США Д. Буша манипулировать жалким Горбачевым не содержали в себе большой силы человеческого ума. Детская наивность членов ГКЧП, ставших жертвами горбачевской провокации, послужила ускоренному разрушению СССР, но оказалась просроченной и поэтому не могла принести непоправимого ущерба нашей победе. Наша "помощь" империалистическому противнику загонять себя в безвыходное положение в мировом историческом развитии была достаточно эффективной, хотя при этом мы использовали лишь самое простое оружие - фактор времени. Американский образ мышления оказался не способным обнаружить наши боевые тайны.

На следующее утро после объявления решений Государственного Совета СССР о выходе Литвы, Латвии, Эстонии из Советской федерации к нам в поселок приехал профессор Иван Данилович Кучеров, работавший вместе со мной в Идеологическом отделе ЦК Компартии Литвы. Он сообщил, что в Минск переместилось большинство членов бюро ЦК и предложил нам с М. Бурокявичюсом переехать на жительство в Минск к его сыну Игорю. Мы немедленно приняли его предложение. В Минске на квартире молодого врача И.И. Кучерова нас ждали редактор газеты "Советская Литва" Станислава Юонене, секретарь парткома Вильнюсского завода радиоизмерительных приборов Владимир Алексеевич Антонов и другие товарищи. Они рассказывали, как им удалось покинуть Литву, департамент безопасности и прокуратура которой приступили к обыску квартир коммунистов. В Минске друзья помогли им устроиться на жительство в общежитии высшей партийной школы.

В беседе профессор М. Бурокявичюс предложил провести заседание бюро ЦК Компартии Литвы и принять на нем документ о переходе нашей партии на нелегальное положение. Подготовку проекта этого документа поручили мне. Договорились заседание провести 16 сентября 1991 года на квартире врача И.И. Кучерова. Все эти намерения выполнились безупречно. На заседании Бюро ЦК было принято Заявление о том, что Компартия Литвы, основанная в 1918 году, возглавлявшая борьбу рабочего класса против буржуазной диктатуры и добившаяся победы социалистической революции в 1940 году, развернувшая героическую борьбу против немецко-фашистских оккупантов в годы Великой Отечественной войны, руководившая в послевоенное время строительством социалистического общества в республике и достигшая при этом исторических успехов, вынуждена из-за контрреволюционного переворота продолжать свою деятельность в условиях подполья. Стратегической целью подпольной деятельности Компартии Литвы является восстановление Советской власти и возрождение социалистического строя в республике. Это заявление было принято единогласно. В.А. Антонов обязался обеспечить распространение нашего заявления первоначально в форме отдельных листовок, а в дальнейшем и в брошюрах.

Спустя несколько дней к нам на квартиру И.И. Кучерова приехал секретарь Минского горкома Компартии Белоруссии Виктор Валентинович Чикин и предложил переехать на временное жительство на другую квартиру в новом доме на Комсомольской улице. Это квартира его друзей, которые вселились в неё и уехали на месяц в деревню к своим родственникам. Сам Виктор Валентинович решил заняться возрождением Компартии Белоруссии, приступив к изданию газеты "Мы и время". Редакция обосновалась в двух комнатах на первом этаже здания горкома. Наша журналистка С. Юонене согласилась работать в редакции. Словом, в коммунистическом движении Белоруссии появились первые признаки оживления после контрреволюционного удара, нанесенного Горбачевым в августе 1991 года.

На новой квартире нас стали навещать В.А. Антонов, И.Д. Кучеров, С. Юонене. Изредка появлялись и знакомые сотрудники аппарата ЦК Компартии Литвы. Один из них привез мне из дома теплую одежду, зимнюю обувь. Это насторожило меня - так могут привезти и "хвост" литовской охранки. А в разных газетах Вильнюса были напечатаны фотографии и характеристики коммунистов, объявленных прокуратурой в розыске. С полосы газеты с улыбкой смотрел командир Вильнюсского отряда милиции особого назначения Болеслав Макутынович, который сорвал 13 января 1991 года провокацию вооруженного столкновения его отряда с советскими войсками по сценарию "войны СССР против Литвы". Рядом находилась фотография председателя Шальчининкского райисполкома Чеслава Высоцкого, который обеспечивал сохранение Советской власти в районе вплоть до августовского переворота в Москве. Моя характеристика была заимствована из памяти компьютеров ЦРУ: якобы обладаю огромным политическим опытом, являюсь "генератором идей" и "дьявольски трудоспособным", а в компании близких друзей люблю говорить о мировой революции. Все это свидетельствовало о коварстве противника.

Мои опасения быстро подтвердились: в один октябрьский день 1991 года в общежитие Минской высшей партийной школы, где проживали наши товарищи, появились представители литовской полиции в сопровождении сотрудников внутренних дел Белоруссии. К счастью, разыскиваемых литовской охранкой коммунистов они тогда не обнаружили. Но этот факт нам подсказал, что следует предпринимать более эффективные меры безопасности. Было решено нас по одному расселить на квартирах по всей Белоруссии. В.А. Антонов отвез меня на легковой машине в город Мозырь, который находится в Чернобыльской зоне на границе с Украиной, в 105 километрах от поврежденного атомного реактора. Кому в голову придет разыскивать меня в таком месте? Председатель горисполкома Иван Данилович Гомулко встретил меня радушно, как родного брата. Поскольку рабочий день подходил к концу, он пригласил нас с В.А. Антоновым в финскую баню, где собирались государственные служащие города. Товарищи, знающие мою фамилию по информации в газетах "Правда" и "Советская Россия", обнимали меня, говорили о поддержке моей советской позиции. Уполномоченный городского отделения КГБ заверил, что в Мозыре я могу чувствовать себя в полной безопасности. После бани новые друзья проводили меня в общежитие сельскохозяйственного профтехучилища, где была выделена для меня отдельная комната.

Спустя неделю, а может быть и две, меня в общежитии навестили знакомый уполномоченный КГБ и другой молодой человек, который представился сотрудником КГБ СССР из Москвы. Стали говорить о советском патриотизме. Я понял, что молодые чекисты хотят узнать мое мнение о сложившейся ситуации. Поэтому я сказал, что в необъявленной войне фашиствующего империализма против СССР мы отступили максимально, разрешив врагам советского народа разрушить наше союзное государство. Это вызывает невероятные иллюзии у империалистического противника, который будет делать непоправимые ошибки вплоть до полного поражения. В политический оборот уже пущена иллюзия, что якобы американский империализм одержал победу в "холодной войне" над советским народом. В действительности же "холодная война" полностью исчерпала конструктивные возможности капитализма и обрекла его на прекращение своего существования. Таким образом, за разрушением СССР следует всеобщая агония мировой капиталистической системы. Тем более что коренным образом меняется всемирная общественная ситуация, распадаются исторически сложившиеся системы человеческой цивилизации. Столь глубокого перелома всемирная история раньше не знала. Поэтому ни одна нынче правящая политическая сила не может установить своего контроля над глобальной дестабилизацией мирового исторического процесса. Их гибель неизбежна. Победу одержат те коммунистические силы, которые наиболее последовательно овладеют всеобщими объективными законами диалектики. В заключении пожелал товарищам вникать в законы диалектики. Они поблагодарили меня за исторический оптимизм.

Дальше наступила монотонная интенсивная повседневная работа. Её изредка нарушали только некоторые сообщения в газетах "Правда" и "Советская Россия", которые я покупал в киоске в 100 метрах от общежития. В начале ноября 1991 года обрадовала информация о том, что сотрудник Генеральной прокуратуры СССР Виктор Иванович Илюхин возбудил уголовное дело против Горбачева, Радовало то, что при психозе "перестройки" все - таки не перевелись смелые и умные люди. Но ласточку радости быстро смыла волна разнообразных сообщений о приватизации экономики. Я воспринимал эти вести как проявления умственной шизофрении антисоветских политиков, несовместимой с объективными общественными законами. Мне было понятно, что приватизация средств производства является прямо противоположной основному объективному закону развития материального производства - его обобществлению. Поэтому она неизбежно обернется разрушительными последствиями и в конечном итоге полным обвалом производства. Это необычайно увеличит угрозу колониального порабощения разобщенных советских народов гигантскими сверхмонополиями империалистического Запада. К счастью, этой опасности будет противодействовать всеобщая агония империализма.

В потоках рассуждений о воздействии развала Советского Союза на мировой исторический процесс я стал думать, как написать книгу о современных особенностях исторического развития человечества. Задался вопросом, как разрушение СССР вписывается в мировой исторический процесс, как соотносится с объективной логикой всемирной истории. Прежде всего, подумал, что рождение, развитие, победы, стагнация и гибель СССР произошли в историческую эпоху новейшего времени, открытую Великой Октябрьской социалистической революцией 1917 года. Новейшая эпоха носит революционный характер, отличается глубокими потрясениями и катастрофами. Её содержанием является переход человечества от капитализма к социализму. Любые попытки мировой империалистической реакции противодействовать естественному движению переломной эпохи оборачиваются различными контрреволюционными потрясениями. Поскольку разрушение СССР оказывается глобальным зигзагом в развитии новейшей эпохи, этот зигзаг неизбежно повлечет за собой соответствующие последствия всемирного масштаба и приблизит социалистические революции во всех странах земного шара. Разрушители СССР мечтали о противоположном, забыв, что за политические иллюзии приходится платить самую высокую цену.

Наиболее характерной чертой исторической эпохи новейшего времени я считал общий кризис мировой капиталистической системы. Этот особый кризис охватывает все области жизни общества от экономики и политики до культуры и религии, постоянно обостряет все общественные противоречия вплоть до общенациональных катастроф. В.И. Ленин называл его всемирным кризисом. Разрушение СССР наталкивало на выявление этапов нарастающего обострения этого всеохватывающего катастрофического кризиса капитализма. Первый этап обострения тотального кризиса капитализма наблюдался в начале XX века, достиг своей кульминации в первой мировой войне, завершился победой Великой Октябрьской социалистической революции в России и её воздействием на все страны мира. В итоге Великий Октябрь возглавил революционный переход человечества от капитализма к социализму. Второй этап закономерного обострения совокупного кризиса капитализма разразился в 1930-е годы, достиг своего апогея во второй мировой войне, завершился победами социалистических, народно-демократических, национально-освободительных революций, под натиском которых образовалась мировая общественная система социализма, рухнула колониальная система империализма, развернулись международные демократические движения. В итоге в мировом общественном развитии сложилось равновесие сил между мировыми капиталистической и социалистической системами. Третий этап нарастающего обострения системного кризиса империализма возник в 1970-е годы, достиг своего потолка в развале СССР с его разрушительным воздействием на весь мир и таит в себе угрозу глобальной катастрофы с самоуничтожением человечества в ней. Единственная альтернатива вселенской катастрофе состоит в революционном преобразовании жизни общества на социалистических началах первоначально в большинстве, а в дальнейшем и в остальных странах планеты. Этого требует объективная логика как всемирной истории, так и её новейшей эпохи.

Покоя не давали возникающие признаки глобальных последствий разрушения СССР. Прежде всего, был подорван баланс общественно-политических сил на международной арене, а заодно и нарушено равновесие в мировом общественном развитии. Относительно стабильное эволюционное развитие человечества сменила глобальная дестабилизация мирового исторического процесса. Стали распадаться исторически сложившиеся мировые экономическая и политические системы, побуждая ускоренный распад всего старого общественного устройства мира. К этому же неумолимо обострились все нерешенные общемировые проблемы и противоречия. Тем более что агрессия и грабеж хищнического империализма получили планетарный размах, провоцируя новый территориальный передел земного шара, увеличивая угрозу новой мировой войны. В итоге системный кризис капитализма перерос во всеобщий мировой кризис или глобальный кризис, охватывающий в различной степени все страны планеты.

Что касается глобального кризиса, в моих записях глубокой осенью 1991 года появились неординарные положения. Преступное разрушение СССР оценивалось мною как общенациональная катастрофа всех советских народов. Она воспринималась в качестве эпицентра максимального обострения глобального кризиса, оказывающего дестабилизирующее воздействие на все остальные страны земного шара, прежде всего Западной Европы и Северной Америки. Следовательно, и в других регионах планеты будут образовываться собственные эпицентры кульминации всемирного кризиса. Массовый грабеж западными сверхмонополиями общественного богатства Советской страны, развернувшийся в ходе разрушения Советского союзного государства, не мог противостоять и противодействовать этому закономерному процессу революционной эпохи. По объективной логике всемирной истории, всякие происки империалистической контрреволюции будут приводить лишь к обострению и усугублению глобального кризиса. Точно так же, как мировые войны XX века неизбежно влекли за собой нарастающее обострение общего кризиса капитализма.

Больше всего меня тревожили вопросы, как разрушение СССР соотносится с диалектикой исторического развития человечества. Прежде всего, с диалектическим взаимодействием его производительных сил и производственных отношений. Еще в середине XIX века Ф. Энгельс заметил чередование между качественными сдвигами в развитии производительных сил общества и коренными преобразованиями его социальной жизни. Ф. Энгельс писал, что промышленная революция подготавливает социальную революцию, которую произведет пролетариат. Его прогноз полностью подтвердила Великая Октябрьская социалистическая революция. В то же время Великий Октябрь, оказывая коренное преобразующее воздействие на весь мировой исторический процесс, открыл общественные просторы для новой великой революции в развитии производительных сил человечества. Вследствие этого к середине XX века развернулась мировая научно-техническая революция, которая обеспечила во второй половине этого столетия подъем производительных сил народов мира на качественно новый уровень развития и закономерно потребовала соответствующего преобразования всей совокупной системы их общественных отношений. Но ни одна страна не справилась с этой назревшей исторической задачей. Поэтому разразился предреволюционный кризис глобального масштаба. Развал СССР и его разрушительное воздействие на все страны земного шара максимально обострили этот всеобщий мировой кризис. В ближайшие десятилетия большинство народов мира будет созревать к социалистическим революциям. Этого настоятельно требует объективная историческая необходимость.

Глобальное видение мира тревожной осенью 1991 года требовало думать и о соотношении общественно-политических сил социалистической революции и империалистической контрреволюции на международной арене. Для меня было понятно, что под ударами глобального кризиса монополистический финансовый капитал, господствовавший в мировой капиталистической системе на протяжении всего XX века, наконец полностью превратился в фикцию, функционирующую на планете лишь по инерции, иссякающей неумолимо и необратимо. Не случайно все действия транснациональной финансовой олигархии, начиная с разрушения СССР, оборачиваются губительными для неё самой последствиями, загоняющими её на кладбище всемирной истории. Но глобальный кризис не обошел стороной и могильщика капитализма, даже его авангарда - международного коммунистического движения. Об этом свидетельствовало, в частности, процветание в КПСС горбачевых, ельциных, яковлевых, бразаускасов, шеварднадзе и им подобных антикоммунистов. Поэтому в мире не наблюдалось организованной политической силы, способной подняться на высоту назревших исторических задач человечества и возглавить его революционный выход из глобального кризиса. Требовалось время...

полностью здесь